«Сквозь туман забытья: „Не спи, равнодушие – победа энтропии чёрной…“
Не просыпаясь, Роберт лягнул ногой на звук и с удовлетворением отметил, что, кажется, попал.
„Проснись, бродяга, разговор есть!“
Чертёнок сидел на изгибе переборки и, ворча, потирал ушибленную ляжку. Вокруг него в воздухе порхали всякие летучие мыши, и исходила от него эманация таинственно-несуразная. Сон был чертовски реалистичным. Но чертёнку в оранжевую полосочку реши ...
«В гостиничном номере прохладно и пахнет свежим постельным бельем. Шторы задернуты неплотно, бледный свет улицы струится через узкую прорезь. Не снимая высоких шнурованных ботинок, мужчина подходит к окну. Дорожная сумка плавно опускается на мягкий ковер. Левой рукой он одергивает штору, и свет улицы пробивает безразличие комнаты…»
...
«Верить в Ленкины сказки – себя не уважать. Толян знал это прекрасно. Ещё бы не знать – пять лет в одном классе проучились! Сказка о заколдованном месте на Королевской скале была ничем не лучше других – послушать и забыть. Если бы не Русик.
Началось всё с того, что футбольный матч с седьмым отрядом они позорно продули, проиграли со счётом 6:1. Из-за Русика. Так решили все ребята – Игнат, Жека, Серёга Длинный. Подходили и говорили по очереди:
...
«Гость появляется на исходе восемьдесят пятого дня. Гостями визитёров придумал называть Пузатый Вилли. Не помню уже, на каком цикле. До этого мы говорили жертвы.
Первые минуты визита – самая умора. Особенно если снаружи зима – вот как сейчас. Гость влетает в капсулу на лыжах и с ходу суётся мордой в траву. Смешно до колик. У Вилли трясётся от хохота пузо. Рыжий Клаус подхихикивает, серьёзным остаюсь лишь я. В отличие от этих дебилов, мне жалко ...
«Президентский кортеж, сверкая синими и красными огнями мигалок, оглашая окрестности натужным взревыванием клаксонов и утробным подвыванием сирен, вырулил на Центральную улицу со стороны Цветочной площади.
Впереди неслась бело-синяя машина жандармерии – на тот случай, если кто-то еще не свернул в сторону с трассы движения VIP-автопоезда, не припарковал авто на обочине или не юркнул торопливо в какой-нибудь боковой проезд. Но таковых на всем пр ...
«Никогда мемуаров не писал. Да что за на хрен – мемуары! Мне тридцать лет! Но агент сказал – надо, юрист сказал – надо, и президент намекал, вроде… или нет? Их, политиков, на трезвую голову разве поймёшь?
Конечно, писатель из меня никакой. Вот, даже рука болит – печатать. Отвык. Да и не важно это, главное скелет набросать. Я же теперь, блин, мультимиллионер! Мне специальный чел всё это будет прописывать, с этими… деепричастиями. При таком коли ...
«Дорога упёрлась в КПП, окружённый чёрными деревьями, тянущими к небу голые ветви. Будка, шлагбаум, часовой в плащ-палатке. Нависают серые тучи, еще чуть-чуть, и коснутся тускло блестящей стали штыка над плечом часового. Над рекой туман; противоположного берега не видно. Мост за КПП тонет в белой пелене.
Срываясь на бег, Воронина обогнал какой-то гражданский.
– Товарищ, пропустите, мне очень, очень надо! Мне давно пора туда, меня там ждут! Я ...
«Хомяк определенно был дохлым. Крохотный лохматый комок, рвано окрашенный в рыжее с белым, валялся ровно посередине аквариума, здрав кверху скрюченные когтистые лапки. Верхняя губа зверька упала, обнажая длинные желтые зубы, страшные и некрасивые. Предсмертный оскал маленького зловредного грызуна. Оставалась еще небольшая надежда, что если потыкать его какой-нибудь палочкой, он вдруг возьмет да оживет, но… Впрочем, какого черта? Не отрывая взгля ...
«Она сидела на камне в десяти метрах от дороги и плакала. Проезжая мимо, Геннадий Цветков ощутил какое-то неудобство, вроде того, которое испытывают здоровые, навещая больных, счастливчики в присутствии несчастных, выжившие при встрече с мертвыми. Он знал, что от этого никуда не деться, пока ты окончательно не превратился в камень, но в то же время не мог же он сочувствовать всем. Шесть миллиардов больных или несчастных, еще больше мертвецов. Не ...
