«Зачем ты снова явилась мне в эту ночь – тяжкую и долгую, как дорога в ад, когда, спотыкаясь под ношей воспоминания, бредет по ней обреченная мукам душа? Чем дальше ведет ее грозный путь, тем мельче становятся образы оставшейся позади жизни, тем глуше и тише ее незабвенные отзвуки. А дьяволы вечного отчаяния, ждущие добычу, все растут и растут впереди – и вырастают, как столетние дубы, и язвительный хохот их переходит в раскаты грома…»
...
«Когда Алексей Алексеевич Обманов, честь честью отпетый и помянутый, успокоился в фамильной часовенке при родовой своей церкви в селе Большие Головотяпы, Обмановка тож, впечатления и толки в уезде были пестры и бесконечны. Обесхозяилось самое крупное имение в губернии, остался без предводителя дворянства огромный уезд…»
...
«Весною 190* года, въ холодныя и дождливыя сумерки, по тихой окраинной улиц? очень большого губернскаго города тихо пробирался, – щадя свои резиновыя шины отъ колдобинъ и выбоинъ мостовой и осторожно объ?зжая лужи, которыя могли коварно оказаться невылазными провалами, – щегольской „собственный“ фаэтонъ, везомый парою прекрасн?йшихъ гн?дыхъ коней въ строжайшей в?нской упряжк?, но съ русскимъ бородатымъ кучеромъ-троечникомъ на козлахъ. Сочетаніе ...
«Въ увеселительномъ саду довольно много народу. Румынскій оркестръ гудитъ и подвизгиваетъ на эстрад?. На песчаной площадк?, обставленной жиденькими деревцами, темнота почти непроницаемая. Прогуливаются, а больше топчутся на м?ст?, мужчины самаго разнообразнаго вида, и въ различныхъ градусахъ внутренней температуры. Между ними шмыгаютъ, какъ т?ни, какія-то д?вицы съ сумочками въ рукахъ, и садовыя «мамаши», постоянно им?ющія о чемъ-то переговорить ...
«Эта отрава начала проникать въ жизнь Петра Петровича Гладышева еще съ прошлаго года, и именно съ того сквернаго дня, когда домохозяинъ его, купецъ Калабановъ, встр?тившись съ нимъ въ подъ?зд?, не потянулъ въ сторону свое отвислое чрево, какъ онъ обыкновенно это д?лалъ, а напротивъ, выпятилъ его впередъ, и не снявъ съ головы котелка, а только махнувъ двумя пальцами кверху, – заступилъ ему дорогу и произнесъ своимъ хриплымъ, давно „перехваченнымъ ...
«Макаръ Андреевичъ Сн?жковъ считался серьезнымъ челов?комъ. Но это была н?сколько особаго рода серьезность: вертлявая, юркая, надо?дливая. Онъ находился, такъ сказать, въ в?чной борьб? со вс?мъ, что встр?чается въ жизни несерьезнаго и неправильнаго. На все въ мір? у него была какая-то прописная точка зр?нія, и онъ не переносилъ никакихъ отступленій отъ нея. Онъ вс?мъ всегда сов?товалъ, вс?хъ поучалъ – уб?жденно, крикливо, съ непріятной манерой н ...
«Густыя, пронизанныя теплою сыростью сумерки спустились на всю окрестность. Т?ни сплылись, ихъ не различишь больше. Невка неподвижна, и съ трудомъ ловитъ слухъ слабый шорохъ прибоя. На дубкахъ уже появился желтый листъ. Травка перестала рости, по ней см?ло ходятъ огромныя старыя вороны, разинувъ свои кр?пкіе клювы, и иногда съ сухимъ, протяжнымъ трескомъ раздается ихъ голодное карканье. Дальше, на взморь?, что-то низко син?етъ – не то туча, не т ...
«Иванъ Филофеевичъ Пыщиковъ, какъ только по?здъ замедлилъ ходъ, высунулъ голову изъ окна вагона 11-го класса, въ надежд? увид?ть на платформ? свою супругу, Наталью Андреевну. Она всегда встр?чала его, когда онъ прі?зжалъ изъ города 20-го числа, потому что въ этотъ день въ департамент? выдавали жалованье, и Иванъ Филофеевичъ им?лъ обыкновеніе запасаться н?которыми предметами баловства, какъ-то: закусками, дынею, абрамовскими коврижками, и т. п. С ...
