«Антон включил телевизор и стал перебирать каналы, нашел про футбол и открыл банку с пивом. Дзынькнул телефон – на банковскую карту пришли отпускные. Антон поднес банку с пивом ко рту, но выпить не успел, телефон снова ожил и зазвучал привычной мелодией…»
...
«Она любила его, а он, ясное дело, любил родину. Такое бывает, и даже довольно часто.
Кроме родины, Глеб любил еще свою карьеру – истово и с огоньком занимался ею, оглаживал и похлопывал со всех сторон, как норовистую лошадь. Карьера гарцевала, помахивала гривой, хорошо кушала, нагуливала бока, отливала глянцем и росла не по дням, а по часам, грех жаловаться…»
...
«Люблю я старый советский кинематограф. Современный не люблю, а вот тот, что был в моем детстве, просто обожаю. Цитатами из тех фильмов могу общаться с подругой и не повториться, не потерять мысль, не отойти от темы, и нам обеим все будет понятно. Просто Вера такая же, как я…»
...
«Дверь захлопнулась с глухим звуком, и Аня побежала по улице, не разбирая дороги.
„Все кончено, – стучало у нее в голове, – это конец всему, больше уже ничего не будет“.
Под ногами чавкала снежная каша, в лицо летела гадкая морось. Похоже, природа тоже сегодня в плохом настроении…»
...
«За двадцать лет многое изменилось в жизни Антипова. Неизменной осталась лишь одна привычка. Или потребность. Он выходит из дома и смотрит по сторонам в любое время суток. Он ищет взглядом Лену. Каждый день, много раз на дню. Если увидит ее, надвинет бейсболку на лоб поглубже и пойдет в другую сторону или мимо с безразличным, холодным выражением лица. В последний месяц он с ней не здоровается…»
...
«Последний билет остался, будете брать? – Кассир, дородная дама за пятьдесят, смотрела на меня хмуро, народ нетерпеливо напирал сзади, и я со вздохом кивнула:
– Буду. – Протянула деньги, получила билет и стала выбираться из толпы, осаждавшей кассу. Кто-то толкнул меня под локоть, и я сквозь зубы чертыхнулась…»
...
«Погибать лучше поздней осенью – если за окном беспросветный дождь, не так обидно. Но катастрофа у Лены случилась летом, когда офисный люд перебирается на бизнес-ланчи в уличные кафе и дружно обсуждает грядущие отпуска. А у нее жизнь кончена. Не в прямом смысле, не физически – но если погибает дело всей твоей жизни, еще тяжелее. А противно-вежливые банкиры сказали ясней некуда: все отсрочки исчерпаны, она – банкрот…»
...
«Он был единственным мужчиной, который однажды сказал ей: «Если тебе когда-нибудь понадобится моя помощь, позвони, я сразу приеду, а еще лучше – приезжай сама».
Он сказал это так, что она, Тая, сразу ему поверила. Такие мужчины не лгут. И хотя прошло уже больше трех лет, эти его слова помогали ей жить. И что бы ни происходило в ее жизни, она всегда знала и помнила, что есть на свете мужчина, которому она может позвонить и к которому, возможно, ...
«Ей постоянно не везло с соседями. То ли купленная по великой удаче квартира была проклята. То ли проклятие лежало лично на ней. Это еще предстояло выяснить.
А она так тщательно, так долго выбирала! Чтобы и от центра недалеко, но чтобы и не шумно. Чтобы двор был уютным, не проходным, но чтобы и места было достаточно для парковки, для прогулок с собакой…»
...
